Войти
Логин
Пароль
Зарегистрироваться
После регистрации на сайте вам будет доступно отслеживание состояния заказов, личный кабинет и другие новые возможности
Цифровая Академическая Библиотека «Автограф»
Логин
Пароль
Зарегистрироваться
После регистрации на сайте вам будет доступно отслеживание состояния заказов, личный кабинет и другие новые возможности

Фрагменты из книг и периодических изданий коллекции Библиотеки

Александр Александрович Красильников 

Объяснение причин успеха Америки и неуспеха России в восстановлении металлического обращения

"В современной экономической и финансовой истории государств события, имевшие место в Северо-Американских Соединенных Штатах и России в течение последних двадцати лет, заслуживают особенного внимания. Особенно же они должны быть любопытны и поучительны для нас русских. Вопрос: почему американцы, после опустошительной междоусобной войны, имевшей следствием громадный государственный долг и полное расстройство денежной системы, успели в течение каких-нибудь двенадцати лет достичь небывалого экономического и финансового развития, уплатить значительную часть долгов и довести свои неразменные бумажные деньги, ходившие более чем на 100 % ниже своей номинальной цены, до паритета с золотой монетой, тогда как мы, начав наши экономические и финансовый реформы, когда наш кредитный рубль стоял al pari с золотым, в течение двадцати лет мира — с 1856 г. по 1876 г. — не только не развили соразмерно потребностям нашу производительность, но увеличив в громадном размере нашу внешнюю задолженность, следствием чего была депрессиация нашей денежной валюты и премия на золото до 30 %, — дошли до настоящего экономического и финансового оскудения, — подобный вопрос требует ответа для удовлетворения не одного праздного любопытства..."

Александр Васильевич Романович-Славатинский

                                                                            Кандидат или диплом 1-й степени[1]

Мы очень любим слова, мы придаем большое значение названиям. Переименовывая должность, мы надеемся придать ей новую чудодейственную силу. Вот почему история нашего государственного строя наполнена массой названий должностей, — названий, постоянно изменявшихся, но этими изменениями ничего не дававших государству. Вы не встретите у нас таких исконных названий, как, например, шериф, коронер и другие, какими так изобилует Англия. Об этом, пожалуй, можно сожалеть: давность наименования освящает идею должности, внушая к ней большее уважение.

При составлении университетских уставов, мы следовали той же склонности к переименованию: в ином уставе одна из старинных должностей получала иное название, в другом она вовсе упразднялась. Чем, например, руководствовались составители устава 1863 г., переименовав историческую должность адъюнкта, существовавшую у нас еще со времен Елизаветы Петровны, в штатные доценты? Разве представители этой должности улучшились вследствие такого переименования? Разве адъюнктами не были Кавелины и Калачовы, Соловьевы и Грановские, Митюковы и Стояновы? Не успели мы привыкнуть к этой новой должности штатного доцента, как она была вовсе отменена уставом 1884 г. Но разве целесообразнее было фактическое восстановление этой должности в лице приват-доцентов, читающих обязательные лекции? Устав 1884 г. сделал еще одну весьма существенную перемену: он отменил традиционные наименования университетских степеней кандидата и действительного студента, заменив их дипломами 1-й и 2-й степени. Трудно придумать оправдательный мотив такой замены. Притом различие оказалось не только в названии, но и в самом существе дела. В самом деле, новые степени существенно отличались от замененных ими традиционных университетских степеней. Между дипломами 1-й и 2-й степени разница только количественная: оба. диплома дают одинаковые академические права: с дипломом 2-й степени можно также держать экзамен на степень магистра, как и с дипломом 1-й степени: условия получения приват-доцентуры для обоих дипломов одинаковы: тот же магистерский экзамен, те же пробные лекции. Между прочим, экзаменационные требования на окончательных экзаменах не одинаковы для обеих степеней: для первой степени требуются, во-первых, лучшие отметки за устные ответы: во-вторых, представление сочинения, дающее право на степень, получение которой еще неизвестно, что. несомненно, отражается па качестве работы. Для диплома второй степени достаточны более слабые отметки, предварительная же подача сочинения вовсе не требуется. Разумно ли отождествление для обеих степеней академических прав при таком различии требований для их получения? И в самом деле, окончивший университет с худшими сведениями имеет такое же право держать экзамен на степень магистра и получить звание приват-доцента, как и окончивший со сведениями более основательными. В действительности и бывают магистранты, и приват-доценты из окончивших со второй степенью. Дело само за себя говорит, и нам нечего прибавлять.

Традиционные университетские степени, так неосмотрительно замененные новыми, существенно от них отличались. Во-первых, для получения этих обеих степеней требовались познания не только в предметах испытательной комиссии, число которых в последнее время все более и более уменьшалось, но и по всем предметам!.. Так что получение этих степеней обусловливалось суммой курсовых экзаменов, тогда как практика комиссий, сколько нам известно, ограничивается только комиссионными предметами, вовсе игнорируя предметы факультетские. Насколько это может быть оправдано, не знаю, но знаю, что диплом первой степени нередко достается весьма плохо подготовленному по таким капитальным предметам, как государственное право или история русского права, не говоря уже о других.

Во-вторых, для получения степени кандидата необходимо было представление диссертации и коллоквиум. Правда, как мы видели, теперь требуется подача сочинения от желающих получить первую степень, но какая разница в их достоинствах? Кому пришлось перечитать немало тех и других, тот, к прискорбию, не мог не заметить, как упал литературный навык у студентов, воспитавшихся по уставу 1884 г. Между прежними кандидатскими диссертациями были такие работы, как диссертации Кавелина и Калачова, которыми были украшены юридические записки Редкииа, да и в свое студенческое время мы знали много кандидатских работ, которые с успехом могли быть напечатаны. Припоминаем, например, глубокий историко-психологический этюд о Грозном покойного Цехавецкого, бывшего впоследствии ректором харьковского университета, не говоря о некоторых других. А что пишут теперь на первую степень? Теперь больше переписывают, и не всегда с соблюдением правил орфографии. И это является неизбежным последствием отмены обязательных письменных работ. В наше время студент обязан был представить в течение своего курса шесть семестральных работ, и литературный навык в наше время изощрялся. Сравните развитие и литературный навык воспитанников духовных академий с теперешними питомцами университета и пальму первенства вы, конечно, отдадите первым.

Кандидатская степень поистине была первой академической степенью: она давала возможность получения высших академических степеней магистра и доктора, чего лишены были имевшие степень действительного студента. А для получения звания приват-доцента требовалась защита pro venia legendi, что, конечно, представляло более гарантии. Таким образом, диалектические и логические способности ищущего кафедру были дважды испытываемы — на кандидатском коллоквиуме и на приват-доцентском диспуте, тогда как в настоящее время садятся на кафедру не прошедшие этих испытаний. Не объясняется ли этим падение лекторских талантов в настоящее время? Обе степени освящены были временем и привычкой к ним общества, которое никак не может привыкнуть к казарменной нумерации питомцев университета. Как не желать поэтому, чтобы при пересмотре действующего университетского устава были приняты сделанные нами указания. Они имеют не только формальное, но и материальное значение.



[1] Романович-Славатинский А. В. Кандидат или диплом 1-й степени // А. В. Романович-Славатинский. Голос старого профессора по поводу университетских вопросов. К. : Тип. Императорского университета Св. Владимира, 1903. С. 4—8.